СТИХИ и ПРОЗА на poesias.ru 

Пантелеймон Сергеевич Романов
«ГЛАС НАРОДА»

"ГЛАС НАРОДА"

Разнесся слух, что комитеты будут уничтожены и вместо них организуются Советы. Из Москвы с завода приехал Алексей Гуров и каждый день собирал около себя молодых солдат, вернувшихся с фронта, и говорил с ними о чем-то.

Старые члены комитета, в особенности лавочник, ходили встревоженные. Лавочник, поймав кого-нибудь на дороге, говорил:

- Что делается!.. Только было начали налаживать, а они теперь все насмарку пустят. Ведь эта голытьба окаянная сама никогда ничего не имела и других теперь хочет по миру пустить.

Прежде, когда лавочник был председателем, он был строг и недоступен, и у мужичков уже начало накопляться недовольство им. Но теперь он стал такой хороший и разговорчивый, что все растрогались и говорили:

- От добра добра не ищут. Нам новых не надо.

- Ведь они все разбойники,- говорил лавочник,- ведь у них ни бога, ничего нет.

- Это верно, о боге теперь не думают.

- И потом, нешто они дело тебе понимают! - продолжал лавочник.- На кажное дело нужна особая специальность, а они, кроме того, что глотку драть, ни на что больше не годны.

- Это что там...

- Мы трудились для вас, можно сказать, все начало положили, они хочут готовенькое подцапать, а нас долой. Правильно это?..

- Кто там хочет! - послышались голоса.- Мы выбирали вас, значит - наша воля. Нам нужны дельные, одно слово, чтоб человек основательный был. А это что... Голытьба! Так она и всегда голытьбой будет не хуже этого Алешки. В пальто ходит и думает... Когда только этот корень окаянный выведется!

- Значит, поддержите? - спрашивал лавочник.

- Не опасайтесь. Мы за вас, как один человек, поднимемся... Глас народа, брат, одно слово. Раз уж мы выбирали, на вас положились, значит, крышка.

- А то придут какие-то голодранцы, у которых материно молоко на губах не обсохло, и пожалуйте, выбирайте их.

- Силантьич просит того... чтобы поддержать его,- говорили мужики тем, которые не присутствовали на беседе.

- Это можно.

- Ну видишь, все, как один человек, за тебя стоят. Ставь брат, магарыч. Не выдадим! Хоть иной раз и прижимал нашего брата, ну, да что там, без этого нельзя.

- Ведь обязан был, на основании,- говорил лавочник.- Ежели бы моя воля, так я бы со всеми, как с братьями. А ежели иной раз за дело, так ведь сам понимаешь - нельзя.

- Правильно! - говорили мужики.- А что строг бывал, так с нашим братом иначе и нельзя; ты с ними хочешь по-благородному, а они тебе в карман накладут.

- Значит, буду надеяться?..- спрашивал лавочник.

- Сказано уж, чего там! Прямо как один человек встанем.

В воскресенье около школы толпились мужики. Все сидели на траве, на бревнах, курили, говорили и поглядывали на дверь школы, куда пошли молодые солдаты с фронта с высоким человеком в пальто с барашковым воротником.

- Что-то они дюже долго разговаривают-то там?

- Хочут умными себя показать.

Из школы вышел солдат и позвал всех на собрание.

В передней части школы, где обыкновенно заседал президиум комитета, за столиком сидел Алексей Гуров, и около него два молодых солдата в шинелях и в шапках.

- Шапки-то можно бы и снять,- сказал кто-то негромко в задних рядах.

- У них головы воздуху не терпят,- ответил насмешливый голос.

Лавочник стал на виду у окна передней части школы и водил глазами по лицам. Все ему подмигивали. Степан, товарищ председателя, кротко сидел на подоконнике. Николая-сапожника не было видно,- очевидно, опоздал на собрание.

Сидевший за столом Алексей Гуров, так же, как и лавочник, тоже смотрел на все, как бы следя, чтобы не было лишней толкотни и чтобы все скорее расселись. Лицо его было серьезно. Он не узнавал знакомых, как будто совсем не тем был занят.

- Словно начальство какое... Сел себе за стол, никто его не просил... Чего же это Силантьич-то молчит?

- Нахальный человек, и больше ничего,- кому охота связываться.

- Все равно. Раз против него все, тут сколько ни нахальничай, толку не будет,- говорили в разных углах.

- Сели? - раздался голос сидевшего за столом.

- Сели...- сказали недовольно сзади.

- Ну, вот и ладно. Вы прежним президиумом довольны?

- Довольны! - сказали дружно голоса, и многие посмотрели при этом на лавочника.

Лавочник опустил глаза.

- Хорошо. Теперь по декрету комитеты отменяются. На их место приказано организовать Советы. Президиум можете оставить старый, можете выбрать новый.

- Думали, нахальничать будет, а он - ничего, по-благородному,- послышался после некоторого молчания голос из угла.

- Малый как будто ничего...

- А чем вы довольны старым президиумом? - спросил Алексей.

Все молчали.

- Землю они вам разделили?

- Насчет земли разговор был,- сказал нерешительный голос.

- А дележа не было еще?

- Подождать велели,- ответил тот же голос.

- Значит, ждете по собственному желанию?

- По собственному... чтобы по порядку все было,- сказал Иван Никитич,- а не зря.

Он хмуро сел, взглянув при этом на лавочника. Тот тоже посмотрел на него.

- А еще насчет чего разговор был?

- Мало ли насчет чего...- ответил опять неохотно голос сзади.

- Насчет хлеба был. Хлеб и скотину уже поделили.

- А у кого она, эта скотина-то? - спросил Алексей.

- К прасолу в гости пошла...- сказал Семен-плотник,- она богатых дюже любит.

- Вот, вот,- послышалось несколько голосов,- бедным дали, а она опять к богатым прибежала.

- Так...- сказал Алексей; он все сидел за столом и держал в руках карандаш, повертывая его за рубчики.- А сеять на помещичьей земле будете?

- Велели подождать. Как там порешат...

- Так вы довольны?

- Вот черт-то, исповедовать пошел. Крючком за губу поймал и ведет,- сказал недовольно Иван Никитич и прибавил громко: - Чем довольны-то?

- Да вот, что подождать-то велели...

- Чем уже тут быть довольным? - отвечал хмуро Иван Никитич, но взглянул на лавочника и еще более хмуро сказал: - Известно, довольны, потому - порядок.

- Так... А ежели сейчас такой закон выйдет, что бери землю и - никаких!

Все переглянулись.

- Чем скорей, тем лучше,- сказал Иван Никитич, не взглянув на лавочника, который быстро поднял голову.

Все посмотрели на лавочника.

- Как бы Силантьича не обидеть...- сказал кто-то.

- А чем его обидишь. Ему-то что? Он, что ли, отвечает? Раз такой закон вышел... выберем его в совет, только и дело.

- Что ж, ежели такой закон вышел, отчего и не брать, ежели по шапке за это не попадет! - сказало уж несколько голосов.

- А то прежде ждали и теперь опять жди.

- Правильно!

- Им-то хорошо, они залезли себе в комитет и гребут, а мы, дурачки, ждать будем?

- Чего вы, черти! Силантьич услышит,- послышались негромкие голоса.

- А пущай слышит. Он карманы-то себе набил!

Лавочник водил глазами по всем скамьям, но никак не мог ни с кем встретиться взглядом. Все смотрели мимо него или так водили глазами, что за ними невозможно было угоняться.

- Нечего глаза-то таращить...- сказал кто-то, видимо, по адресу лавочника,- денежки-то все себе загребли...

- Николка хоть по глупости много распустил по ветру, а этот, черт, лапы-то загребущие... прежде все время сок жал и теперь тоже. Мы "подожди", а он себе в карман... У, сволочь!..

- Да, Николай - это все-таки человек с совестью.

- Ну да, тоже Николай твой языком только молоть здоров, а что от него? Степан вот, правда,- святой человек.

- То-то этот святой корову у меня взял да на нижнюю слободу ее отдал... Святой начнет стараться - хуже дурака выйдет...

- Все они хороши, дьяволы.

Алексей, что-то писавший, поднял голову и сказал:

- Так вот, товарищи: власть теперь ваша и земля ваша. Берите землю, берите хлеб, чтобы этих чертовых гнезд тут больше не было. Кто против этого, прошу встать.

Все сидели. У лавочника упала шапка и покатилась.

- Шапка уже в руках не держится!..- сказал чей-то голос.

- Разъелся, вот и не держится!.. Ишь, черт... Когда только корень этот окаянный выведется!..

- Предлагаю произвести перевыборы в совет,- сказал Алексей.- Сейчас будут объявлены два списка: в одном старый президиум, в другом - новый. Огласи...- обратился он к секретарю, подавая ему два листочка.

Все выслушали молча.

- В новом-то он и эти двое с фронту? - спросил передний мужичок.

- Выходит, так,- ответил сосед.

- Кто за старый состав... прошу поднять руки.

Все сидели неподвижно.

- Кто за новый?..

Все подняли руки.

Лавочник взял шапку и пошел, ни на кого не глядя, к двери.

- Что тут? - спросил запоздавший Николай-сапожник, войдя в школу и тревожно оглядываясь.

- Новых выбрали,- сказал задний мужичок в лохматой шапке.

- Кто же это?

- Все. Прямо, как один человек, поднялись.

- Глас народа, брат...

Пантелеймон Сергеевич Романов - ГЛАС НАРОДА, читать текст

См. также Романов Пантелеймон Сергеевич - Проза (рассказы, поэмы, романы ...) :

ГОЛУБОЕ ПЛАТЬЕ
I Несчастье случилось на свадьбе недели за две до Покрова, когда хлеб ...

ГОСУДАРСТВЕННАЯ СОБСТВЕННОСТЬ
По большой дороге ехал обоз, направлявшийся в губернский город. В пере...