СТИХИ и ПРОЗА на poesias.ru 

Джозеф Редьярд Киплинг
«В горной Индии - ИСТРЕБИТЕЛЬ МИКРОБОВ»

"В горной Индии - ИСТРЕБИТЕЛЬ МИКРОБОВ"

Перевод Е. Н. Киселева.

Общее правило гласит, что не следует вмешиваться в государственные дела в стране, где люди получают высокое жалованье за то, что занимаются ими вместо вас.

Этот рассказ служит исключением, которому можно найти объяснение.

Как известно, каждые пять лет мы ожидаем нового вице-короля, а каждый вице-король в числе всякого прочего багажа привозит и личного секретаря.

Жил-был вице-король, который привез с собой очень беспокойного секретаря, жесткого человека с очень мягкими манерами и смертельной охотой к работе. Этого секретаря звали Уондер, Джон Уондер. У вице-короля не было имени, а только целый ряд званий, графств и две трети азбуки за ними. Он конфиденциально говорил, что считает себя позолоченной головой золотой администрации, и наблюдал исподтишка, несколько забавляясь, как Уондер пытался забрать в свои руки дела, которые совсем не касались его провинции.

- Если мы все будем херувимами, - сказал однажды его светлость, - и мой приятель Уондер станет во главе заговора, чтобы выщипать перья из крыльев архангела Гавриила и украсть ключи святого Петра, тогда я донесу на него.

Хотя вице-король не делал ничего, чтобы умерить пыл своего секретаря, однако другие говорили про него неприятные вещи. Может быть, начали говорить члены совета, но, как-никак, скоро мнение всей Симлы сходилось на том, что во всем управлении всюду слишком много Уондера и слишком мало вице-короля. У Уондера только и было на языке, что "его сиятельство". Его сиятельство - то, его сиятельство - это, "по мнению его сиятельства" и т. д. Вице-король улыбался, но не говорил ничего.

В этот год приехал в Симлу один из тех скучных людей, у которых в голове одна только мысль. Эти люди двигают вещи на свете вперед, но говорить с ними не всегда приятно. Звали этого человека Меллиш. Он жил пятнадцать лет на своей земле в Нижней Бенгалии и изучал холеру. Он считал, что холера распространяет зародыши, которые разносятся в сыром воздухе и прилипают к ветвям, как древесная вата.

- Зародыш можно обесплодить, - говорил он, - особенно окуриванием, изобретенным мною, Меллишем, темно-фиолетовым порошком. Результат пятнадцатилетней работы, сэр!

Изобретатели все похожи друг на друга. Они говорят громко, особенно о "заговорах монополистов", ударяют при этом по столу кулаком и всегда имеют при себе образцы своих изобретений.

Меллиш уверял, что в Симле существует медицинский "кружок", во главе которого стоит медицинский инспектор, состоящий, очевидно, в заговоре со всеми докторами всех госпиталей всей Европы. Уж не помню, как он доказывал это, но говорил что-то о том, как бы "пробраться в холмы", а добивался Меллиш свидетельства от самого вице-короля, "представителя нашей милостивейшей государыни, сэр!" И вот Меллиш отправился в Симлу с сорока восьмью фунтами "выкуривательного" порошка в чемодане, чтобы добиться аудиенции у вице-короля и показать ему все преимущества своего изобретения.

Однако легче увидеть вице-короля, чем разговаривать с ним, разве только вы окажетесь такой важной особой, как другой Меллише, из Мадраса. Этот другой Меллише получал шесть тысяч рупий и был так знатен, что его дочери никогда не выходили замуж: они "вступали в союз". Он сам не получал жалованья, а только известные возмещения, и путешествия его по стране назывались поездками для наблюдения.

Его обязанностью было шевелить народ в Мадрасе большим шестом, как шевелят линей в пруду, причем народ должен был бросать свои спокойные привычки и с изумлением восклицать: "Вот это прогресс и просвещение. Ну, разве не великолепно?!" После этого ставили Меллише статуи и подносили венки, надеясь поскорее избавиться от него.

Меллише приехал в Симлу посоветоваться с вице-королем. Это было одним из побочных источников его доходов.

Вице-король не знал о мадрасском Меллише ничего, кроме того, что он был одним из божков среднего сорта, существование которых, по-видимому, необходимо для душевного спокойствия в этом раю буржуазии, и что, по всей вероятности, все общественные учреждения в Мадрасе вызваны к жизни, основаны и снабжены средствами к существованию им. Это доказывает, что его сиятельство хотя и смутно, но все же знал о значении человека с шестью тысячами рупий.

Полное имя бенгальского Меллиша было - Э. Меллиш, а мадрасского Меллише - Э. С. Меллише. Оба остановились в одной и той же гостинице, и судьбе, заботящейся об Индийской империи, угодно было, чтобы произошла путаница, чтобы Уондер выпустил "е" в конце фамилии богача, а курьер вице-короля передал записку, как было написано:

Меллишу - изобретателю выкуривателя.

"Дорогой мистер Меллиш! Не найдете ли возможным, отказавшись от других приглашений, позавтракать с нами завтра? Его сиятельство может уделить вам час в это время".

Изобретатель чуть не расплакался от восторга и гордости и в условленный час явился в Петергоф с большим пакетом своего порошка в кармане. Ему повезло, и он намеревался использовать удачу.

Меллише мадрасский обставлял свои посещения с такой торжественностью, что Уондер решил устроить частный завтрак, чтобы не было ни адъютанта, ни его самого, Уондера, никого, кроме вице-короля, хотя тот и заявлял жалобно, что боится остаться наедине с таким необузданным деспотом, как великий Меллише мадрасский.

Однако гость не оказался в тягость вице-королю. Напротив, он его позабавил. Меллишу бенгальскому хотелось как можно скорее добраться до своего порошка, и он говорил обо всем, что взбредет ему в голову, пока его сиятельство не пригласил его выкурить сигару. Вице-король был доволен Меллишем, что он не торгашествовал.

Как только задымились сигары, Меллиш смело приступил к делу: он начал с теоретических взглядов на холеру, припоминая все пятнадцать лет своей научной работы, махинации докторского кружка в Симле и восхваляя действие своего выкуривателя. А вице-король слушал его, полузакрыв глаза, и думал: "Очевидно, это не тот тигр, но все же курьезное животное".

У Меллиша от возбуждения волосы поднялись на голове дыбом, он стал заикаться. Он начал шарить в карманах, и, прежде чем вице-король мог понять, что готовится, изобретатель высыпал целый мешочек своего порошка в большую серебряную пепельницу.

- Посудите сами, сэр, - сказал Меллиш. - Ваше сиятельство должны убедиться сами. Честное слово, средство чудесное!

Он сунул зажженный конец сигары в порошок, и тот задымился, как вулкан, испуская клубы тяжелого жирного желтого дыма. В несколько минут комната наполнилась отвратительным, резким запахом, дымом, от которого перехватывало дыхание. Порошок шипел и свистел, от него летели синие и зеленые искры, а дым все поднимался, так что нельзя было ни открыть глаза, ни перевести дух. Но Меллиш уже привык к этому.

- Стронций! - кричал он. - Барий, костяная мука и так далее! Тысячи кубических футов на кубический дюйм порошка. Ни один зародыш не выживет, ни один, ваше сиятельство!

Но его сиятельство уже бежал и закатывался кашлем у лестницы, между тем как весь Петергоф гудел, как улей. Красные уланы спешили со всех сторон; вбежал главный курьер, говоривший по-английски, прибежали жезлоносцы, с лестницы бежали дамы, крича: "пожар!" Дым наполнил весь дом и выходил в окна, стлался по верандам и клубами расходился по садам. Никто не мог войти в комнату, где Меллиш продолжал восхвалять чудодейственный порошок, пока тот не сгорел.

Наконец, адъютант, искавший вице-короля, вбежал в комнату, несмотря на клубы наполнявшего ее дыма, и вызвал Меллиша в приемную. Вице-король еле держался на ногах от смеха и только слабо махал руками на Меллиша, который подступал к нему со свежим пакетом порошка в руках.

- Изумительно! - захлебывался его сиятельство. - Никакому зародышу не выжить! Это я могу клятвенно подтвердить. Успех поразительный.

Он смеялся до слез, когда вошел Уондер, только что встретивший Меллише в аллее. Секретарь был возмущен представившейся ему сценой, но вице-король был в восторге, так как знал, что Уондер после этого уйдет. Меллиш, изобретатель, был тоже доволен, потому что ему удалось сокрушить "медицинский кружок".

Редко кто мог бы рассказать о происшествии так, как это делал его сиятельство, когда он бывал в ударе. Его рассказ о приятеле с порошком моего доброго Уондера обошел всю Симлу, и ехидные знакомые досаждали Уондеру своими шутками по этому поводу.

Наконец, Уондеру показалось, что его сиятельство рассказывает историю слишком часто. Дело было на пикнике сипаев. Уондер сидел как раз позади вице-короля.

- И право, у меня мелькнула на одно мгновенье мысль, что мой друг Уондер подослал ко мне убийцу, чтобы очистить себе дорогу к трону, - рассказывал его сиятельство.

Все засмеялись, но в голосе вице-короля звучали нотки, которые Уондер понял. Он почувствовал, что его здоровье ухудшается, и вице-король, приняв его отставку, снабдил его великолепным аттестатом, которым он мог воспользоваться у себя на родине.

- Я один виноват, - говорил его сиятельство впоследствии, подмигивая, - моя несобранность должна была не нравиться такому аккуратному человеку.

Джозеф Редьярд Киплинг - В горной Индии - ИСТРЕБИТЕЛЬ МИКРОБОВ, читать текст

См. также Джозеф Редьярд Киплинг (Rudyard Kipling) - Проза (рассказы, поэмы, романы ...) :

В горной Индии - ЛИСПЕТ
Перевод Е. Н. Киселева. Она была дочерью горца Сону и Джадех, его жены...

В горной Индии - ЛОЖНЫЙ РАССВЕТ
Перевод Е. Н. Киселева. Никто не узнает всей правды, хотя женщины пере...