СТИХИ и ПРОЗА на poesias.ru 

Стихотворение Гёте Иоганн
«Фауст - Перед дворцом Менелая в Спарте»

"Фауст - Перед дворцом Менелая в Спарте"

Входит Елена в сопровождении хора пленных
троянок с Панталидой, предводительницей хора,
во главе.
Елена
Елена, славой и стыдом покрытая,
Я с берега иду, с недавней высадки,
Еще от корабельной качки пьяная.
Нас волны только что на гребнях пенистых
Доставили с полей унылой Фригии
Напором Эвра и Нептуна милостью
Сюда, в родной залив. Пока у берега
Среди своих отважнейших сподвижников
Царь Менелай свое прибытье празднует,
Прими меня радушно, дом возвышенный,
Который Тиндарей, отец мой, выстроил
Здесь, на холме Паллады. В годы детские,
Когда с сестрой я здесь играла, с братьями,
С Кастором и Поллуксом, с Клитемнестрою,
Дом этот в Спарте был отделан с роскошью,
Ну, здравствуйте, дверные створки медные!
В пролете вашем, широко распахнутом,
Мне Менелай, жених-избранник, некогда
Явился гостем, празднично разряженным.
Откройтесь снова мне, чтоб поручение
Царя могла исполнить я с поспешностью,
Как истинной супруге полагается.
Я в дверь войду, и пусть за ней останется
Событий ужас, что меня преследовал
Вплоть до сего мгновенья в дни истекшие.
С тех самых пор, как я с порога этого
В Цитеры храм отправилась с беспечностью
И там была фригийцем дерзко схвачена,
Случилось в мире столько необычного!
Чужим приятно это пересказывать,
Но слушать тяжело самим участникам,
Которых жизнь, как сказку, приукрасили.
Хор
Не брезгуй, светлая госпожа, -
Завидно редким даром своим.
Единственная из многих, ты
Возвысилась своей красотой.
Герою предшествует имени шум,
Он этим и горд.
Но склоняется самый упрямый гордец
Пред могуществом красоты.
Елена
Довольно! Муж мой, высадившись на берег,
Меня вперед со взморья выслал к городу,
С какою целью, остается тайною.
Кто я? Его жена, царица прежняя,
Иль к жертвоприношенью предназначена
За мужнины страданья и за бедствия,
Из-за меня изведанные греками?
Свободна я или в плену, - не ведаю.
Двусмысленность судьбы и славы двойственность
Мне дали боги в роковые спутники,
И грозное присутствие неясности
Со мною даже у порога этого.
Муж слова мне на корабле не вымолвил,
Почти со мною не встречаясь взглядами,
Как будто мне задумывал недоброе.
Когда ж у рукавов Эврота к берегу
Носы передних кораблей приблизились,
Он, словно по внушенью бога, вымолвил:
"Здесь по положенному выйдут воины,
И я на взморье смотр рядам их сделаю.
Ты ж подымайся по речному берегу,
Коней гоня лугами травянистыми
Священного Эврота, до излучины,
Где прежде простиралась местность сельская
И выстроен Лакедемон впоследствии,
Со всех сторон горами грозно стиснутый.
В жилище царском с башнями высокими
Обследуй, что за это время сделали
Служанки под надзором старой ключницы.
Старуха пусть тебе покажет множество
Сокровищ, нам твоим отцом завещанных,
Которые и я безостановочно
Копил в года военные и мирные.
Ты все найдешь в порядке установленном,
Ведь это властелина преимущество,
Что он находит все по возвращении
На месте том, где было им оставлено.
Менять уклад не вправе подчиненные"
Хор
Имущества великолепный вид
Тебе порадует сердце и взор.
Внушительные золотые венцы
Лежат, замерев в вековой полутьме.
Войди в хранилище, вызов им брось
И видом своим покори.
Померяйся силами с блеском убранств,
Кто краше, они или ты.
Елена
Вот что гласило дальше слово царское:
"Когда же вдоволь ты удостоверишься,
Что все в порядка, размести треножники,
Как заблагорассудишь ты, и выложи
Все, что бывает под рукой старейшины,
Свершающего жертвоприношение.
Поставь котлы, тазы и блюда плоские,
Налей воды из родника священного
В кувшины, заготовь сухого топлива
И острый нож, заботливо отточенный,
На видном месте положи. Дальнейшее
Предоставляю твоему решению".
Так он сказал, прощаясь, не прибавивши,
Животное иль человека хочет он
Заклать богам. Здесь есть о чем задуматься,
Но я не беспокоюсь. Боги ведают,
Что надо и что нет, и так и сделают,
Чем люди ни считали б их веления,
Добром иль злом. Что решено бессмертными,
То, смертные, должны суметь мы вынести,
Жрец подымал порой топор над жертвою,
А опустить не мог: тому помехою
Бывало приближенье неприятеля
Иль бога подоспевшего вмешательство.
Хор
Что предначертано, знать не ищи.
Смело, царица, входи
И не робей!
Зло и добро
Застигают врасплох.
Тем, кто предскажет их наперед,
Не верит никто.
Троя горела, мы видели смерть,
Смерть пред глазами, смерть и позор,
Ну, а теперь разве мы не в живых,
Разве не солнце над нами, не твердь,
Разве пред нами не ты, госпожа,
Лучшее чудо земли?
Елена
Ну, будь что будет. Что бы ни грозило мне,
Я во дворец войду безотлагательно,
Которого увидеть я не чаяла,
В который я вернуться не надеялась,
Который чудом снова тем не менее
Передо мной. Через ступени лестницы
Я девочкой привыкла перепрыгивать.
А ныне, видно, нет былого мужества,
И ноги подо мною подгибаются.
(Уходит во дворец.)
Хор
Эй, не вешать голов,
Бедные пленницы!
Нечего унывать!
Радуйтесь; госпожа
Елена венчанная
В этот счастливый час,
Поздно, зато тем уверенней
К отчему очагу
Возвращается.
Славьте богов обновителей,
Восстановителей прежнего,
Вновь приводящих на родину.
Освобожденный взмывает,
Словно на крыльях,
Над испытаниями.
Узник же, руки простерши,
Рвется напрасно
Вдаль за ограду зубчатую
Из темницы решетчатой.
Но ее, но изгнанницу
Выхватил бог из грозы
И назад перенес
Из разрушенной Трои
В этот древний, украшенный заново
Отчий дом,
Чтоб после мук и блаженств
Неописанных
Здесь она освежила
Память детства и юности.
Панталида
(в качестве предводительницы хора)
Не торжествуйте, сестры, преждевременно.
Умолкните, взглянув на дверь дворцовую.
Вы видите? Царица возвращается
Из внутренних покоев быстрой поступью.
Царица, в доме что тебя расстроило?
Что ты могла найти под отчей кровлею,
Помимо верных слуг и их приветствия?
Так что ж тогда тебя так озадачило
И вызвало твое неудовольствие?
Елена
(в замешательстве, оставив двери открытыми)
Дочь Зевса знать не может малодушия.
Прикосновенье страха ей неведомо.
Но древний ужас, в чреве Ночи зреющий
И тьмой теней над нею нависающий,
Как пепел над горою огнедышащей,
Способен потрясти героя мужество.
Так ознаменовали мой сегодняшний
Приезд с чужбины божества стигийские,
Что я, хозяйка, словно гость непрошеный,
Бежать готова без оглядки из дому.
Но нет! На свет я вырвалась из сумрака
И дальше прочь не двинусь, силы темные!
Дом надо освятить, чтобы, очищенный,
Он встретить мог хозяина с хозяйкою
В согласии у очага домашнего.
Предводительница хора
Открой своим служанкам, благородная,
На что наткнулась ты в покоях внутренних?
Елена
Что видела я, сами вы увидите,
Коль скоро Ночь свое исчадье мерзкое
Не вобрала назад в утробу старую.
Итак, когда, о порученье думая,
Вступила бодро я в покои царские,
Была поражена я, обнаруживши
Пустых палат и галерей безмолвие.
Шагов, движенья слух мой не улавливал,
Следов труда не видел взор мой в комнатах,
Навстречу мне не поспешила ключница,
Служанки в глубине меня не встретили.
Когда же к устью печи я приблизилась,
То перед кучкой пепла я заметила
Закутанную, сгорбленную женщину,
Которая спала или задумалась.
Я по-хозяйски Женщину окрикнула,
Приняв ее, бездельницу, за ключницу,
Которой царь доверил дом за выездом.
Я встать велю ей, делом озаботиться,
Она ж и ухом не ведет, не двинется.
Потом, повторный окрик мой услышавши,
Негодница движеньем отстраняющим
Ко мне вытягивает руку правую:
"Ступай, мол, вон". Бросаюсь, возмущенная,
К дверям опочивальни, к ложу брачному,
Откуда доступ был к казнохранилищу,
И что же? С полу чудище срывается
И преграждает путь мне повелительно,
Огромное, худое, безобразное,
С пустыми и кровавыми глазницами!
Но я ведь вам бросаю речи на ветер,
Слова бессильны описать страшилище.
Да вот она сама! Неужто пугало
На свет посмело из потемок вылезти?
В отсутствии царя тут мы хозяева.
Тут мы под Аполлона покровительством.
Он нас не даст в обиду, он заступится,
Он, солнечный смиритель чудищ сказочных.
Одна из форкиад показывается на пороге между
дверными косяками.
Хор
Головы наши хоть и кудрявы,
Много мы горя видели в жизни:
Ужасы боя, мрак беспросветный
В ночь, когда пал
Илион.
В облаке пыли, поднятой боем,
Боги взывали голосом страшным.
Рознь громыхала медью, и с поля
Гул приближался
К крепости валу.
Стены в то время
Целы стояли.
Пламя ж гудело
И пожирало
Зданье за зданьем.
Бурей пожара
Был город охвачен.
Бегством спасаясь,
В зарева блеске
Видели мы:
Гневные боги
Шли нам навстречу.
Ростом до неба,
Страшно шагали
В облаке дыма.
Было ли это
Вправду, иль только
Нам средь смятенья
Вообразилось, -
Нам неизвестно. Но эта вот, эта
Тварь перед нами.
Это не снится.
Мы бы могли ее
Пощупать руками,
Если б не страх
И не отвращенье.
Форкия дочь -
Ты, но которая?
Ибо их трое,
Вместе владеющих
Глазом одним
И единственным зубом.
Как же ты, пугало,
Смелость имеешь
Рядом с прекрасною
Вещему взору
Феба являться?
Стой себе, впрочем.
Он к безобразью
Не восприимчив,
Как солнце не видит
Отброшенной тени.
Нас же, несчастных,
Судьба заставляет
Сносить терпеливо
Близость уродства.
Так слушай, бесстыдница,
Наше проклятье!
За дерзость явленья
Будь с бранью отвержена
Устами счастливиц,
Которых боги
Создали краше.
Форкиада
Стара и все же не стареет истина,
Что красота несовместима с совестью
И что у них дороги в жизни разные.
С давнишних пор их разделяет ненависть.
Когда случайно встретятся противницы,
Друг другу спину повернуть торопятся
И врозь идут: стыдливость опечаленно,
А красота с победоносной дерзостью,
Пока ее не скроет сумрак Оркуса
Иль зрелый возраст не научит разуму.
Приплыв с чужбины, чужестранки грубые,
Вы подняли тут крик по-журавлиному,
Когда, крича нестройно и пронзительно,
Они летят над головою путника.
Он вверх посмотрит на станицу шумную,
Потом, забыв про них, опустит голову,
И журавли своим путем потянутся,
А он своим. Вот так и с вами станется.
Кто вы такие, что в жилище царское
Ворваться смели, как менады пьяные?
Кто вы такие, чтоб орать на ключницу,
Как воют псы на месяц ночью лунною?
Вы думаете, я не распознала вас,
Военных лет отродье, тварь походная,
Заразы плод, заразы передатчицы
И воинов и мирных граждан пагуба?
Вы ненасытной саранчой мне кажетесь,
Обрушившейся на поля и пажити,
Чужих трудов губительницы жадные,
Дешевая статья торговли лагерной.
Елена
При госпоже прислуге делать выговор
Есть покушенье на права хозяйские:
Ей надлежит одной хвалить похвальное
И за грехи и промахи наказывать.
Своих прислужниц я довольна службою,
Я многократно верность их проверила,
Когда крепился Илион обложенный,
Когда он пал и лег, осадой сломленный.
Не менее того я в них уверилась
В превратностях бродячей жизни, в плаванье,
Где каждый дорог сам себе, а к ближнему
Бывает равнодушен средь опасностей.
Я жду и здесь от них того же самого,
Поэтому ты замолчи и более
На них не огрызайся незаслуженно.
Хвалю тебя за то, что дом в исправности.
Ты сберегла его в мое отсутствие.
Но я вернулась, отойди же в сторону,
Чтоб похвала не обратилась в выговор.
Форкиада
Корить домашних - это право высшее
Супруги повелителя счастливого,
Которое достойно ею добыто
Домохозяйства долголетним опытом.
И так как ты пришла на место старое
Царицей и хозяйкой снова признанной,
Возьми бразды правленья и владычествуй,
Богатством завладей и всею челядью.
Но защити, как старшую надсмотрщицу,
Вперед меня от стада этих выскочек,
Которые мне кажутся гусынями
Перед твоей красою лебединою.
Предводительница хора
С красой уродство рядом как уродливо!
Форкиада
А глупость как глупа в соседстве с разумом!
Хоретиды выходят из хора и, начиная отсюда,
отвечают поодиночке.
Первая хоретида
Жив твой отец Эреб? Жива ль Ночь-матушка?
Форкиада
А как твоя сестрица Сцилла здравствует?
Вторая хоретида
У вас в семье все сплошь такие чудища?
Форкиада
Свою родню меж мертвыми разыскивай.
Третья хоретида
В сравнении с тобой они так молоды.
Форкиада
С Тирезием седым в аду заигрывай.
Четвертая хоретида
Тебе ведь внучкой мамка Орионова?
Форкиада
Тебя отбросами вскормили гарпии.
Пятая хоретида
Чем ты поддерживаешь худобу свою?
Форкиада
Не кровью, до которой ты так лакома.
Шестая хоретида
Ты стала падалью, питаясь трупами.
Форкиада
Вампир зубастый, рот заткни немедленно!
Предводительница хора
Я твой заткну, назвав тебя по имени.
Форкиада
Скажи, кто ты, и будет все разгадано.
Елена
Я перестать велю вам, но не гневаюсь,
А огорчаюсь вашей перебранкою.
Глухой разлад меж преданными слугами
В домохозяйстве самое опасное.
Тогда никто не слушает хозяина,
Все тонет во взаимных пререканиях,
Все ссорятся и ничего не делают.
Но суть не в том. Взаимными упреками,
Напоминаньями и обвиненьями
Вы вызвали такие вещи в памяти,
Такие образы, такие ужасы,
Что, хоть, по счастью, снова я на родине,
Самой мне захотелось в сумрак Оркуса.
Да полно, было ль это все действительно,
Иль только ночью мне во сне привиделось?
Взаправду ль я была той страшной женщиной,
Мечтой и мукой безрассудных воинов,
Из-за которой города разрушены?
Трепещут девушки, все это вспомнивши.
Скажи мне что-нибудь хоть ты, спокойная.
Форкиада
Кто счастьем пользовался годы долгие,
Тому былое сновиденьем кажется.
Богов дарами ты была осыпана
Без меры и числа. Всю жизнь ты видела
Одних самозабвенных обожателей,
Готовых на безумства и на подвиги.
Тобой пленился первым в годы ранние
Тезей, красою с Геркулесом споривший.
Елена
Он взял меня, как лань, десятилетнею,
За ним - Афидн, меня скрывавший в Аттике,
Форкиада
Кастор с Поллуксом от него спасли тебя.
Кто за тобой в те годы не ухаживал?
Елена
Но из героев больше всех мне нравился
Патрокл, Пелида повторенье верное.
Форкиада
Но ты отцом за Менелая выдана,
Он - семьянин и храбрый мореплаватель.
Елена
Муж царский сан за мною взял в приданое.
Мы Гермиону родили в супружестве.
Форкиада
Когда же Крит супруг твой завоевывал,
Красавец гость твою разлуку скрашивал.
Елена
Ты мне полувдовство тех дней напомнила
И зло, которое отсюда выросло.
Форкиада
Его поход принес мне, вольной критянке,
Плен и порабощенья годы долгие.
Елена
Но царь тебя назначил управляющей
И дом тебе доверил с укрепленьями.
Форкиада
Которому ты предпочла, однако же,
Дни радости в другой, троянской, крепости.
Елена
Не говори о радостях! Страданьями
Неисчислимыми они оплачены.
Форкиада
Передают, что ты жила в двух обликах,
И в Трое и в Египте одновременно.
Елена
И без того в минувшем все запутано,
Так с толку не сбивай меня нелепостью.
Форкиада
А правда, что из царства мертвых будто бы
К тебе Ахилл являлся на свидание,
Тебя давно любивший и пожизненно?
Елена
Как призрак с призраком с ним сочеталась я,
Как с духом дух, как с видимостью видимость.
Но я сама упасть готова в обморок.
(Поникает без чувств на руки хоретад.)
Хор
Замолчи, клеветница,
Отродье зловещее!
Что хорошего
Может высказать
Эта пасть однозубая
И язык ядовитый?
Напускное сочувствие
Волка в шкуре овечьей
Страшней и опаснее
Пса трехголового.
Боязливо мы ждем,
Где, когда, каким образом
Сквозь личину участья
Коварство проявится?
Вместо слов утешительных,
Дарящих забвение,
Ты ей в жизни напомнила
Самое худшее.
Омрачив настоящее,
Ты порочишь грядущее,
Отнимая надежду
На судьбы улучшение.
Замолчи, клеветница,
Чтоб душа государыни,
Нас покинуть хотевшая,
Удержалась, помедлила
В этом лучшем из образов,
Когда-либо виданных.
Елена приходит в себя и снова становится в середине хора.
Форкиада
Выглянь, солнышко ты наше, улыбнись нам, госпожа!
Как ни хороша ты в горе, в счастье много ты милей.
Мир перед тобой открылся, и расцвел твой чудный взор.
Пусть слыву я безобразной, знаю толк я в красоте.
Елена
Из беспамятства, шатаясь, я в сознанье прихожу.
Я усталостью разбита и забыться вновь не прочь.
Но царице подобает, как и прочим смертным всем,
Пред опасностью грозящей силы духа не терять.
Форкиада
Ты стоишь во всем величье и во всей своей красе.
Повелителен твой облик. Что же ты прикажешь мне?
Елена
Зря потраченное время с запозданьем наверстай,
Все для жертвоприношенья приготовь, как царь велел.
Форкиада
В сборе все: треножник, чаши и отточенный топор,
И кадило, и кропило, только жертву назови.
Елена
Царь не указал предмета.
Форкиада
О, несчастье! О, беда!
Елена
Что тебя так огорчает?
Форкиада
Он тебя имел в виду.
Елена
Как? Меня?
Форкиада
И этих.
Хор
Горе!
Форкиада
Ты умрешь под топором.
Елена
Я предчувствовала это!
Форкиада
Этого не избежать.
Хор
Ах! А мы? Что с нами будет?
Форкиада
С честью госпожа умрет,
Вы же - смертию позорной: я под кровельным венцом
На стропиле вас повешу, словно пойманных дроздов.
Елена и хор, расступившись, стоят, пораженные ужасом.
Вы, словно статуи, застыли, призраки,
Дрожа за жизнь, вам не принадлежащую.
Так люди, тоже призраки не меньшие,
Расстаться не хотят со светом солнечным.
Но нет от рока никому спасения.
Все это знают, редко кто смиряется.
Но к делу! Вы пропали. Эй, подручные!
(Хлопает в ладоши.)
В дверях показываются карлики в масках,
быстро исполняющие приказания.
Сюда скорее, сил недобрых скопища!
Делами злыми вволю вы натешитесь.
Алтарь поставьте с золотыми крыльями,
С подставкою для топора серебряной.
Наполните кувшины, чтобы было чем
Смыть брызги черной крови на треножнике.
Ковер роскошный постелите под ноги
Коленопреклоненной жертвы царственной,
В который тело после обезглавленья
Мы с честью завернем для погребения.
Предводительница хора
Царица в стороне стоит задумавшись,
Поникли девушки, как злак подкошенный.
Мне, пожилой, священным долгом кажется
Пообсудить дела с тобой, старейшею.
Ты опытна, умна, доброжелательна,
Хоть дуры эти на тебя накинулись.
Итак, скажи, спасти нас нет ли способа?
Форкиада
Легко сказать! Спасти себя со свитою
Зависит от царицы. Это требует
Решимости и быстроты немедленной.
Хор
Достославнейшая парка, чтимейшая из сивилл!
Жизни нить не обрывай нам и спасенье объяви.
Мысленно, в воображенье, мы уже непоправимо
Чувствуем, как холод смерти сковывает наше тело,
Созданное для любви.
Елена
Их страх простителен, а я расстроена,
Но не страшусь. Я выходом воспользуюсь.
Кто мудр, для тех возможно невозможное.
Итак, скажи, что ты нам посоветуешь.
Хор
Не скрывай, скажи скорее, как избавиться нам, бедным,
От петли, от удушенья, мысленно уже сдавивших
Наши шеи холодящим, тесным ожерельем смерти,
Если только милость Реи, матери богов великой,
Нас в беде не защитит.
Форкиада
Терпенья хватит ли у вас, чтоб выслушать
Мое повествование пространное?
Хор
Продли нам жизнь растянутою повестью.
Форкиада
Кто бережет добро и домоседствует,
Кто в доме подновляет стены старые,
Кто крышу от ненастья чинит вовремя,
Протянет долго под родимой кровлею.
Но кто через порог свой легкомысленно
В чужую землю прочь уходит из дому,
Тот, возвратясь, находит место старое
Переменившимся или разрушенным.
Елена
Уместны ль замечанья в миг решающий?
Рассказывай без вставок неприязненных.
Форкиада
То не в укор тебе, а только к сведенью.
По островам чужим и побережиям
Шатался Менелай морским разбойником.
С набегов возвращался он с добычею,
Которая внутри дворца наставлена.
Он десять с лишним лет провел под Троею,
А сколько лет он плыл домой - не ведаю.
Меж тем, что сталось с домом Тиндареевым,
Что сталось с целым царством этим временем?
Елена
Придирчивость срослась с твоей природою.
Не можешь слова ты сказать без горечи.
Форкиада
Была долина столько лет покинута
Меж Спартой с юга и Тайгетом с севера,
Откуда ручейком Эврот спускается
И, в камышах разлившись, лебедей ютит,
Что там обосновалось племя смелое,
Горсть северян, страны полночной выходцы.
Построив замок, в нем они запрятались
И правят краем всем из этой крепости.
Елена
Им это удалось? Почти не верится.
Форкиада
За двадцать лет осели и обстроились.
Елена
У них начальник есть? Они разбойники?
Форкиада
Нисколько. Но один из них начальствует.
Хоть он не обошел меня поборами,
Я не браню его. Он из имущества
Взял малое, назвавши дань дарением.
Елена
Каков собою он?
Форкиада
Он мне понравился.
Живой, бесстрашный, вежливый, понятливый.
Такой понятливости нет меж греками.
Хотя их племя варварским считается,
Они до людоедства не опустятся,
Как греческие воины под Троею.
Я верю в благородство их начальника.
А замок их на круче! Поглядела бы!
Он не чета твердыням ваших прадедов,
Которые и впрямь циклопы строили,
Так глыбы друг на друга наворочены.
А этот замок весь по нитке выверен.
Взглянула бы! Весь к небу устремляется,
Прямой, лощеный весь, как сталь, как зеркало.
Взлезть на него? Уже само намеренье,
Со стен соскальзывая, обрывается.
Внутри - дворы, пристройки, службы разные,
Балконы, галереи, ходы крытые,
Гербы.
Елена
Что это?
Форкиада
У Аякса, помните,
Был на щите представлен змей свернувшийся,
И семеро у Фив таким же образом
Щиты снабдили знаками особыми.
Там можно было видеть звезды с месяцем
Или мечи и факелы и лестницы,
Угрозу городов во время приступа,
В резьбе или в изображенье выпуклом.
Такие же значки в роду наследуют
От прадедов мои вояки храбрые.
Чего-чего у них в гербы не вставлено:
Орлы и львы, рога козлов и буйволов,
Цветы, хвосты павлиньи, крылья, полосы
Серебряные, золотые, черные
И синие. Щиты с гербами этими
Висят вдоль зал, просторных, как вселенная, -
Вот где для танцев место подходящее.
Хор
Там есть танцоры?
Форкиада
Есть! Золотокудрые!
Красавцы, так и пышущие юностью,
Как юностью дышал Парис единственно
В те дни, когда с царицей близко встретился..
Елена
Держись границ, не уклоняйся в сторону
И слово мне свое скажи последнее.
Форкиада
Нет, ты его скажи мне, и немедленно
Очутишься в том замке по желанию.
Хор
Скажи то слово, дай свое согласие
И нас спаси.
Елена
С такой жестокой низостью
О Менелае мысль моя не вяжется.
Меня он не погубит так безжалостно.
Форкиада
А как он Деифоба изуродовал,
Убитого Париса брата младшего,
Который был с тобой, вдовой, в сожительстве?
Отрезал уши, нос перекалечивши.
Смотреть ужасно было на несчастного!
Елена
Из-за меня он с бедным так разделался.
Форкиада
Из-за него с тобой он так расправится.
Красы не делят. Кто владел ей полностью,
Всю истребит сполна, а не поделится.
Трубы вдали. Хор содрогается.
Как раздирает уши резкость трубная,
Вселяется в мужчину ревность грубая,
Долбя о том, чем обладал он некогда
И что невозвратимо им утрачено.
Хор
Ты не слышишь труб раската? Видишь, это блеск мечей.
Форкиада
Здравствуй, царь и повелитель. Дам тебе сейчас отчет.
Хор
Как же мы?
Форкиада
Вам все известно. Ей придет сейчас конец,
А потом и вам за нею. Я помочь вам не могу.
Пауза.
Елена
Свой шаг ближайший я уже обдумала.
Хотя ты демон зла, - я это чувствую, -
И обратишь во зло мое доверие,
Но в замок твой решила я последовать.
Иная вещь самой царицы помыслы,
Я никому на свете не открою их.
Вперед, старуха. Будь нам провожатою.
Хор
О, с какою готовностью
Мы туда устремляемся!
Сзади - смерти угроза,
Насилу избегнутой,
Рядом - новой твердыни
Стена неприступная.
Замок, будь для царицы
Такой же оградою,
Как троянская крепость,
Только хитростью взятая.
Распространяется туман, заволакивая заднюю часть
переднего плана.
Сестры, что это? Видите?
Небо было безоблачно,
Вдруг туман неожиданный
Скрыл Эврота течение
И извилины берега,
Камышами поросшие.
И уже горделивые
Скрылись из виду лебеди,
Безмятежно скользившие
По зеркальной поверхности.
Только крики их хриплые
С замирающей силою,
Крики их с перерывами
В отдалении слышатся.
Говорят, голос лебедя
Служит смерти предвестием.
Только в нашем бы случае
Не пришло подтверждение.
Мы и сами лебедушки
С грудью белой, высокого,
А царица тем более, -
Зевса-лебедя детище.
Серой мглы пеленою
Кругом все затянуто.
Нам друг дружку не видно.
Стоим мы иль движемся?
Что-то странное в воздухе.
Вам, скажите, не чудится,
Что Гермеса виднеется
Впереди очертание?
Блещет жезл золотой его.
Он ведет нас к безрадостным
Ада призрачным пустошам,
Полным мглой бестелесною.
Неожиданно темнеет, мгла редеет и уходит.
Но светлей ничуть не стало. Стены, стены перед нами,
Нас ограда обступает. Это двор или могила?
Все равно ужасно это! Сестры, сестры, мы в ловушке,
Мы в плену, как никогда.

Стихотворение Гёте Иоганн - Фауст - Перед дворцом Менелая в Спарте

См. также Гёте Иоганн (Johann Wolfgang von Goethe) - стихи :

Фауст - Внутренний двор замка
ОКРУЖЕННЫЙ БОГАТЫМИ ПРИЧУДЛИВЫМИ СТРОЕНИЯМИ СРЕДНЕВЕКОВЬЯ Предводител...

Фауст - Горная местность
Высокий скалистый гребень. Подплывает облако, оседает на плоском выст...